Семейная психотерапия

Когда разговор в паре заходит в тупик — одни и те же слова, одни и те же реакции, и ощущение, что другой человек перестал слышать — это не всегда признак несовместимости. Чаще это признак того, что привычный способ общения перестал работать.

Меня зовут Киселёва Людмила Николаевна. Я психотерапевт и психиатр с 1978 года — 48 лет в специальности. Семейная психотерапия — это работа, в которой я выступаю не судьёй и не советчиком, а профессиональным посредником: помогаю восстановить то, что разрушилось, или прояснить то, что стало непонятным.

Когда нужна семейная психотерапия

Поводов может быть много — и не обязательно это острый кризис.

Обратиться стоит, если:

• конфликты повторяются по одному и тому же сценарию, и каждый раз без решения;
• один или оба партнёра чувствуют, что их не слышат и не понимают;
• после важного события — переезда, рождения ребёнка, потери, измены, болезни — отношения изменились;
• в семье есть ребёнок с трудностями в поведении или эмоциональным состоянием, требующим участия всей семьи;
• пара стоит перед решением о разводе и хочет принять его осознанно;
• один из партнёров проходит индивидуальную психотерапию или лечение, и это влияет на семейную динамику.

Обращение на раннем этапе — когда напряжение только нарастает — даёт значительно больше возможностей, чем работа в острой точке.

Принцип нейтральности

Это принципиальный момент семейной психотерапии: я не занимаю сторону ни одного из участников. Не потому что это «правило вежливости», а потому что это единственный способ добраться до реальной проблемы.

Когда один из партнёров убеждён, что виноват другой, — это не отправная точка для работы, а симптом. Семейная система устроена так, что паттерны поведения поддерживаются обеими сторонами, даже если это неочевидно. Задача терапии — сделать эти паттерны видимыми и найти, как их изменить.

Что происходит на сеансе

Первая встреча. Знакомство с ситуацией: каждый рассказывает о своём видении проблемы. Я слушаю, задаю уточняющие вопросы, не перебиваю и не оцениваю. По итогам первой встречи намечаем, с чем именно будем работать.

Работа с коммуникацией. Многие конфликты — это конфликты интерпретаций, а не фактов. Я помогаю сформулировать то, что трудно сказать напрямую, и услышать то, что другой пытался донести, но не получалось.

Работа с запросом. Есть разные запросы: одни пары хотят сохранить отношения, другие — разобраться, стоит ли это делать, третьи — расстаться с минимальным ущербом для детей и себя. Все эти запросы законны, и работа строится под конкретную цель.

Задания и практики. Между сеансами — конкретные задания, помогающие изменить привычные реакции в реальных ситуациях, а не только в кабинете.

Формат

Сеанс длится 60–80 минут — дольше, чем индивидуальный, потому что работают двое или больше. Приём в Зеленогорске. Онлайн-формат возможен — в этом случае важно, чтобы оба участника находились в одном пространстве или подключились раздельно из тихих мест.

Оптимальная частота — раз в одну-две недели.

Частые вопросы

Партнёр не хочет идти — что делать?

Это частая ситуация. Можно начать с индивидуальной встречи: я помогу прояснить, как говорить о терапии с партнёром и что именно его останавливает. Иногда один человек в системе, начавший меняться, меняет и динамику пары.

Это только для пар или для всей семьи?

Семейная психотерапия работает с любой конфигурацией: пара, родители и ребёнок-подросток, три поколения. Формат зависит от запроса.

Вы будете «на стороне» одного из нас?

Нет. Нейтральная позиция — методологический принцип, не просто декларация. Если я почувствую, что начинаю уклоняться к одной стороне, — прямо об этом скажу.

Онлайн-формат работает для пары?

Да, если оба находятся в тихом месте. Онлайн незначительно меняет динамику, но не снижает результативность работы при большинстве запросов.

Записаться можно через форму на сайте. Приём в Зеленогорске и онлайн. Конфиденциально.